Кто зажёг «Искру»?

Александр (Израиль) Лазаревич Гельфанд (Парвус)
12:01, 16 января 2018

Если бы Александр Парвус мог услышать, как называют его потомки, то был бы безмерно счастлив...

Вот уже почти век «легион» историков до хрипоты спорит о причинах и движущих силах одного из самых важных и загадочных событий мировой истории – Октябрьского переворота 1917 года, многие годы называемого «Великой октябрьской социалистической революцией». Одни считают таковыми слабость и излишний либерализм последнего русского самодержца Николая Александровича Романова, другие – происки и интриги вечных врагов прогрессивного человечества мирового сионизма и жидомасонства, третьи – пассионарность вождей и «вождиков» партии большевиков. Версий немало, но ясности они не прибавляют. 
Почему так стремительно рухнула сильная и богатая империя? Кто создал в стране так называемую «революционную ситуацию»? 
Итальянский аристократ и кондотьер, маршал Франции Джан-Джакопо Тривульцио на вопрос Людовика XII, о том, какие приготовления нужны для завоевания Миланского герцогства, ответил: «Для войны нужны три вещи: деньги, деньги и ещё раз деньги». Эти слова с полным основанием можно отнести и к любой широкомасштабной революции. Давно известно, что любые правительства во все эпохи тратили деньги на поддержку оппозиционеров в тылу вероятностного противника. Сам Ленин говорил: «Я взял бы на дело революции деньги от самого дьявола». Утверждают, что он получил от германского правительства невероятную по тем временам сумму в пятьдесят миллионов золотых марок. Русская контрразведка же в это самое время не сочла возможным истратить 40 миллионов золотых рублей на инспирирование революции в Германии. Японцы в 1904-1905 годах выделили миллионы франков для «подкормки» революционных партий в России, в частности, партии эсеров. 
Откуда вдруг у маленькой партии уже в апреле 1917 года появились деньги для издания 17 ежедневных газет общим тиражом 320 тысяч экземпляров, оплаты компенсации тысячам забастовщиков, разъездов революционеров по всей Европе, всевозможных слётов и конференций, закупку оружия и боеприпасов? А без средств это всё было бы просто невозможно и невыполнимо. Кто финансировал всю эту деятельность большевиков? Даже экспроприации кавказских джигитов Кобы и Камо, финансовые махинации с наследством банкира Шмидта и дары меценатов Саввы Морозова, Рябушинских, Максима Горького и Веры Комиссаржевской не могли бы обеспечить растущие нужды и потребности большевиков. Партии нужен был банкир. И он появился. Им, естественно, оказался одессит.
Говорят, что все великие люди либо родились в Одессе, либо жили здесь, либо у них, как минимум, была одесская бабушка. На одесских улицах и площадях не хватит места для установки памятников, бюстов и мемориальных досок в их честь. Хотя есть и такие одесситы, которых по разным причинам уже вряд ли когда-нибудь увековечат: Сидней Рейли и Яков Блюмкин, Розалия Землячка и Лев Мехлис, Нафталий Френкель и Андрей Вышинский. Среди них можно назвать и того, кого в своё время называли «банкиром революции», а его вклад в подготовку и совершение Октябрьского переворота вполне сопоставим  с вкладом вождя мирового пролетариата Владимира Ленина и «демона революции» Льва Троцкого-Бронштейна. Это Александр Парвус (Израиль Лазаревич Гельфанд). Многие десятилетия его имя было занесено в своеобразный «чёрный список» советских историков и пропагандистов, о нём была помещена крохотная статейка лишь в первом издании БСЭ и ни слова в последующих изданиях. Широко обнародовано оно было лишь в годы так называемой «перестройки». 
КРАТКОЕ ДОСЬЕ: Александр (Израиль) Лазаревич Гельфанд (Парвус, Молотов, Москович), деятель российского и германского социал-демократического движения, теоретик марксизма, публицист, доктор философии, родился в 1867 году в местечке Березино Минской губернии в семье еврейского ремесленника (по другим данным – одесского портового грузчика), переехавшего в Одессу после еврейского погрома. В 1986 году уехал в Цюрих, в 1887-ом поступил в Базельский университет, который окончил в 1891 году, получив учёную степень доктора философии. Вскоре переехал в Германию и вступил в немецкую социал-демократическую партию, не порвав, впрочем, отношений с русскими социал-демократами. С декабря 1900 года член редколлегии «Искры». Активно участвовал в первой русской революции 1905 года. Во время мировой войны жил в Германии, занимался коммерческой деятельностью.. Переехал в Константинополь, где прожил пять лет. Скончался в 1924 году в Берлине после инсульта. 
Многие источники считают, что именно Александр Парвус передавал крупные денежные суммы от германского правительства руководителям партии большевиков, за что он и получил прозвище «банкир революции».
Об одесском периоде жизни Парвуса известно немного. В Одессе семья Гельфандов, у которой погромщики сожгли дом на родине, жила в доходном доме Левита по адресу Преображенская, 15 на углу улицы Елисаветинской. Ныне в этом доме находится банк «Пивденный». Учился в одесской гимназии, где полюбил вольнолюбивые стихи Тараса Шевченко. В 1885 году юный Изя, вместе со своим другом Шаргородским, решил познакомиться с жизнью рабочего класса и поступил в подмастерья слесаря. В результате он примкнул к народовольческим кружкам и, очевидно, познакомился с марксистской литературой. Возможно, именно в Одессе у юного Гельфанда и возникла мысль «задрать подол матушке-России»? 
В Цюрихе он познакомился с видными членами «Группы освобождения труда» Георгием Плехановым, Павлом Аксельродом и Верой Засулич, там же взял себе свой самый известный псевдоним – Александр Парвус. «Парвус» по латыни означает «маленький». В Германии он работал редактором различных газет социалистического толка. Александр был членом редколлегии «Искры» вместе с Лениным, Плехановым, Мартовым, Аксельродом, Засулич и Потресовым  и одним из основных её авторов. Начиная со второго номера, газета издавалась в типографии, находившейся на квартире Парвуса в Мюнхене. В апреле 1902 года, после того как германское правительство запретило издавать газету на своей территории, редакция переехала из Мюнхена в Лондон, а в 1903 году – в Женеву. С 1903 года – меньшевик. 
В октябре 1905 года, когда началась Всероссийская стачка, не дожидаясь амнистии, по подложному паспорту, Парвус устремился в Россию, и в Петербурге вместе с Троцким вошёл в Исполнительный комитет Совета рабочих депутатов, развив бурную революционную деятельность. Первый Совет был создан в Гусь-Хрустальном, но наиболее активным и результативным стал именно Петербургский. За организацию революционных выступлений в России Парвус был осуждён и приговорен к ссылке на поселение в Туруханск, но по дороге бежал сначала в Петербург, а потом в Германию. 
Ещё в 1902 году в Севастополе Парвус стал литературным агентом «буревестника революции» Максима Горького и распоряжался его гонорарами. Благодаря  его стараниям, пьеса «На дне» была поставлена в Германии, где имела исключительный успех. Согласно договору, заключённому с писателем, Александр Парвус получал 20 % денег, остальные делились в следующей пропорции – четверть остатка писателю, а три четверти – в кассу социал-демократической партии. Но вместо денег (свыше ста тысяч марок) он прислал в «Знание» К. П. Пятницкому письмо, в котором сообщил, что все эти деньги потратил на путешествие с очаровательной барышней по Италии. В результате Гельфанда отстранили от редактирования «Искры», а растрату денег он так и не покрыл. 
В Константинополе Парвус стал политическим и финансовым советником при правительстве младотурок. В Турции он очень разбогател, о чём говорят современники и те, кого позднее занимала жизнь Парвуса. Гельфанд приобрел большое влияние в финансовом мире, став заметной фигурой. 8 января 1915 года Парвус явился к германскому послу в Константинополе – фон Вагенхейму – с предложением о свержении царизма и расчленении России на мелкие государства. По его мнению, это равно соответствовало целям, как российских социал-демократов, так и тогдашнего германского правительства. Ведь Германия в результате не только теряла опасного противника на Восточном фронте, но и сильного конкурента в Европе после окончания мировой войны. Целью Парвуса стало расчленение исторической Российской империи на несколько мелких и слабых государств. Германское правительство заинтересовалось планом Парвуса и пригласило его в Берлин для беседы, куда он и прибыл 6 марта 1915 года 
Парвус привёз с собой пространный меморандум «Подготовка политической массовой забастовки в России». Так началось сотрудничество Александра Парвуса с немецкими спецслужбами и правительством. 
В меморандуме содержались конкретные и подробные рекомендации по организации массовых беспорядков в России и подготовке широкомасштабной социалистической революции. Образованное при этом временное коалиционное правительство немедленно должно было заключить с Германией сепаратное перемирие на немецких условиях. Парвус рекомендовал германскому правительству ассигновать большую сумму на развитие и поддержку сепаратистских движений на Кавказе, в Финляндии, на Украине, затем на финансовую поддержку большевистской фракции Российской социал-демократической рабочей партии и русским революционным писателям, которые будут принимать участие в борьбе с царским правительством. 
Александр Гельфанд  получил от немецкого правительства германский паспорт, а вслед за ним два миллиона марок на поддержку русской революционной пропаганды. В мае 1915 года в Цюрихе Парвус встретился с Лениным, который внимательно выслушал его предложения, не дав ему определённого ответа. Парвус всё же сообщил немцам, что не договорился с Лениным и решил проводить свой план революции в России самостоятельно. 
В 1915 году Парвус получил первый миллион от немцев. Тогда же он создал в Стокгольме «Институт социальных исследований», в котором работали известные деятели партии большевиков Юрий Ларин, Карл Радек и бывший соученик Феликса Дзержинского и Иосифа Уншлихта – Яков Ганецкий (Фюрстенберг). В январе 1916-го  Александр Парвус организовал антиправительственные выступления в Николаеве и Херсоне, где в это время строились новые боевые корабли для российского флота. Забастовало 10 тысяч корабелов, их поддержали 45 тысяч петроградских рабочих. В апреле 1917-го Парвус вёл переговоры с МИД Германии о проезде через германскую территорию Ленина и Зиновьева. Ленин потребовал, чтобы ехали не только они, а ещё 32 человека, а потом ещё два опломбированных вагона. Если следовать исторической правде, вагоны не были опломбированными. Просто в вагонных тамбурах стояли немецкие солдаты, которые никого не впускали и не выпускали. Советская официальная историография приписала организацию и проведение этой операции швейцарскому коммунисту Фрицу Платтену. 
Когда Парвус после Октябрьского переворота захотел приехать в Советскую Россию, вождь революции ответил резким отказом, заявив: «Нельзя браться за дело революции грязными руками». Для Парвуса отказ Ленина стал концом. Он ещё пытался в 1918 году создать газету «Извне», доказывая, что Россия не созрела для социализма, критиковал вместе с Розой Люксембург ленинскую партию за её претензию на руководящую роль в мировом революционном процессе. При этом в Европе Парвуса многие считали агентом большевиков и один раз выслали из Швейцарии. Парвус уединился в своём дворце на острове Шваневердере, в котором позже жил Йозеф Геббельс. После его смерти от «банкира революции» не осталось никаких его бумаг, исчезло всё его состояние.
Безусловно, Александр Парвус был личностью весьма одарённой и разносторонней. Он многое предвидел и предчувствовал. Одним из первых он заговорил о необходимости создания Соединенных Штатов Европы, что произошло на наших глазах. Ещё до Льва Троцкого он высказал идею «перманентной революции», предсказал неминуемое поражение России в предстоящей войне с Японией, и в результате то, что советские историки потом долгие годы называли «Первой русской революцией». Некоторые идеи из книги Парвуса «Государственная промышленность и социализм» позднее Ленин использовал в своём труде «Государство и революция» без указания имени настоящего автора. 
Ленин высоко ценил Парвуса как ученого и публициста, называя его «крупным талантом» и «талантливым германским публицистом». Книгу К. Лемана и А. Парвуса «Голодающая Россия», вышедшую в Германии, Ленин назвал интересной. Он весьма одобрительно относился к публикациям Парвуса в газете «Искра» по организационным вопросам революционного движения. Острые разногласия между ними возникли по поводу отношения к «Булыгинской» Думе и партии кадетов. Парвус выступил против бойкота Думы и за тактику мелких сделок с партией кадетов. По Ленину, с Парвусом случилось «маленькое несчастье: он шёл в одну дверь, а попал в другую». Владимир Ильич резко выступал против тактики парламентаризма и не хотел «из вождя революционных рабочих и сознательных крестьян превращаться в прихвостня помещиков». Именно после этого отношения между ними резко ухудшаются, Ленин называет Парвуса оппортунистом, защищающим «пацифистов и интернационалистов в Англии, националистов и ура-патриотов в Германии». Так «добрый Парвус» превратился в «негодяя Парвуса». Именно так Ленин назвал Гельфанда-Парвуса в 1922 году. 
«Демон революции» Троцкий считал Александра Парвуса «выдающейся марксистской фигурой конца прошлого и самого начала нынешнего столетия». Вместе с тем Лев Давидович отмечал в Парвусе «что-то сумасбродное и ненадежное», одержимость мечтой разбогатеть. 
По Александру Солженицыну, Парвус «когда-то нищий, как все социал-демократы, и поехавший в Турцию стачки устраивать ... откровенно теперь писал, что богат, сколько ему надо (по доходившим слухам – сказочно), пришло время обогатиться и партии. Он хорошо писал: для того, чтобы верней всего свергнуть капитализм, надо самим стать капиталистами. Социалисты должны прежде стать капиталистами». Солженицын изображает Парвуса противоречивой личностью: «Отчаянный революционер, не дрожала рука разваливать империи и страстный торговец, дрожала рука, отсчитывая деньги. Ходил в обуви рваной, протёртых брюках, но ещё в Мюнхене 1901 году твердил Ленину: надо разбогатеть! Деньги –это величайшая сила». 
Многие историки и публицисты считали Парвуса авантюристом и интриганом, крупнейшим политическим Фальстафом 20 века, вполне сопоставимым со знаменитыми шарлатанами XVIII века – Сен-Жерменом и «графом» Калиостро. 
Любопытно мнение автора сенсационного бестселлера конца прошлого века «Золото партии» Игоря Бунича. Он ставит Гельфанда выше Ленина, поскольку первый был «наставником и учителем» второго. И вот этот «международный авантюрист» завязывает тесные отношения «с всемирным клубом международных банков», сам основывает «банки и торговые предприятия, ворочая гигантскими суммами». Бунич считает Парвуса героем-одиночкой, феномен которого может вызвать лишь удивление. Он не называет источников капиталов Парвуса и имён его высоких покровителей. 
Противоречивую характеристику даёт Парвусу военный историк Дмитрий Волкогонов. По его мнению, с одной стороны, Парвус у него, хотя и «темный», но «злодейски талантливый» человек, сыгравший «демоническую роль в российской истории», а с другой – «второстепенное лицо» вообще и «доверенное платное лицо германских властей» – в частности. 
Таковы мнения некоторых историков, писателей и политиков. Они не проясняют картину в целом. Александр Парвус слишком самостоятелен для простого платного агента, да и на роль героя-одиночки, действовавшего абсолютно самостоятельно, он явно не подходит. Может, и действительно, за ним стоял кто-то очень могущественный и влиятельный. Очень часто Парвус разыгрывал собственную «шахматную партию», не всегда совпадавшую с немецкими планами. 
До сих пор не обнаружено никаких документов германского министерства иностранных дел за период с февраля 1916 по февраль 1917 года, содержащих указания на какие бы то ни было действия, предпринятые Гельфандом, или на какие-либо суммы, переданные ему на нужды революции. Непонятны источники средств, которыми оперировал Парвус. Немецких денег для этого явно было недостаточно, явно шёл поток других денег непонятного происхождения. 
Итак, финансирование революции в России, осуществлявшееся Парвусом, состояло из «немецких денег», а также загадочных «денег Парвуса». Первые служили прикрытием для вторых, что до сих пор сбивает с толку исследователей, «зациклившихся» только на «немецких деньгах». 
Выяснению истины мешает в бóльшой мере и отсутствие многих документов, явно уничтоженных за эти десятилетия, как в Германии, так и в России-СССР. Ни германские власти, ни Ленин не были заинтересованы в оглашении подлинных фактов создания революции в нашей стране. Сам вождь мирового пролетариата категорически открещивался от всяческих обвинений в иностранной финансовой поддержке большевиков. Но наибольшая «чистка» партийных архивов была проведена при правлении Сталина. Тут стоит упомянуть зловещую роль малозаметного чиновника, роль которого в создании так называемой «Истории СССР», преподаваемой в советских школах и вузах, невозможно переоценить. Это Иван Павлович Товстуха (1989-1935), работавший секретарем Сталина и заместителем директора Института Маркса–Энгельса–Ленина. Именно он занимался сбором и «причёсыванием» ленинских документов. Согласно постановлению ЦК КПСС, все граждане СССР, владевшие таковыми документами, обязаны были сдать их в упомянутый институт. «Вредные» и «неудобные» письма Ленина и документы, подписанные им, были уничтожены. Нельзя было хоть немного позволить подпортить «хрестоматийный глянец» на светлом облике вождя и учителя. Именно за это Товстуха удостоился после смерти невиданной чести – его прах был погребён в Кремлевской стене рядом с высшими должностными лицами и руководителями страны. 
Похоже, что мы никогда не сможем узнать истину о том, кто и как готовил Октябрьский переворот, передавал ли вообще Парвус деньги Ленину, и чьи именно, впрочем, как никогда не узнаем и о большинстве других судьбоносных для истории событий. И никогда на наших улицах не появятся памятники этим вершителям судеб человечества, в том числе и Александру Парвусу (Гельфанду).
Автор: Леонид Кучеренко
 
Гельфанд - Парвус
Гельфанд - Парвус
Гельфанд - Парвус