Мой класс

мой любимый класс
12:11, 17 ноября 2017

Предлагаем вашему вниманию рассказ из цикла «Новые одесские невыдуманные истории».

У меня был особенный шестой класс. Таких больше не было.
– У меня крутой класс! – сказал я бабушке Циле.
– Я за тебя рада, – призналась мне бабушка.
Да, мой класс был необыкновенным. Необыкновенные девчонки и необыкновенные мальчишки. Девчонки паясничали и стремительно взрослели. Они были не просто шестиклассницами, а клоунессами. Верка Огородникова приходила с маленькой подушкой на животе. И, не дожидась вопросов, заявляла:
– Ой, я дожна родить!
– Зачем? – спрашивал её дотошный Витька Кузнецов. Он был единственным отличником в нашем классе, при этом никогда и ничего не зубрил. Просто у него была великолепная память. Он был отличником, но никогда не задирал нос, и все его любили – учителя, мальчишки и девчонки.
Соня Канцельсон была легкоатлеткой. Она была гордостью школы. Учителя, по указанию директора, натягивали ей хорошие отметки. Она одна не боялась диктантов и контрольных.
Влада Сурко имела одно неиспоримое достоинство перед другими девчонками – она была признанной красавицей. На неё засматривались старшеклассники.
– Гарик, представляешь, – говорила Тоня Ленская, – Владка вчера целовалась с восьмиклассником Петькой Гороховым. Она так закружила ему голову, что сегодня он не пришёл на занятия.
– Ну и что? – спрашивал я. – Если ей нравится, пусть целуется.
– Ты ничего не понимаешь! – горячилась Ленская. – Нельзя так часто менять мальчиков.
– Почему?
– Я знаю, что я права.
В нашем классе было три еврея и четыре еврейки. Я не любил Гришку Кацмана. Он был слишком правильным и глупым. Этакий мамин сыночек, у которого напрочь  отсутствовало собственное мнение. Он был рохлей, но я всегда приходил ему на помощь, когда его обижали.
– Гениев не бьют, – говорил я девятикласснику Косте Турскому, который всех задирал, потому что пять лет занимался боксом.
– Кацман – не гений! – уверенно заявлял Турский. – Дай я ему вмажу...ну просто так... без злости.
– Нет! – решительно возражал я. – Если ты его ударишь...
Я писал Турскому записки к моей однокласснице Жанне Стальской. Турский не мог согласовать подлежащее и сказуемое, они у него были явными неприятелями. Жанна глупых парней презирала.
– В нашей школе учится только один умник, – сказала она мне однажды. – Гарик, это не ты!
– А кто же?
– Костя Турский. Надеюсь, ты согласен.
– Не уверен, что согласен, – промямлил я.
– Это в тебе говорит ревность, Гарик!
Мне нравилось сочинять за Турского. Я оттачивал стиль. Кажется, уже в тринадцать лет я готовил себя в писатели. И никому об этом не говорил. Меня бы одноклассники не поняли. Все они хотели стать прославленными спортсменами, смелыми космонавтами и директорами цирка. Девчонки, наверное, мечтали стать одесскими принцессами. Один я мечтал стать писателем и поваром. И лепить необыкновенные одесские пельмени. И потом их сварить. И угостить ими бабушку Цилю, маму Раю, папу Иосифа, тетю Лиду, а потом всех моих одноклассников. Всем – по 10 пельмешек. А себе бы я оставил пять. Почему? До сих пор не могу ответить на этот вопрос.
Автор: Игорь Потоцкий